Сонная безысходность

бабушка

 

* Быль

 

  Я торопилась домой.  В этот обычный, неприметный  день, когда все дела были налажены, мне оставалось только одно – поскорее убежать из центра города, очутиться в своей уютной квартирке и забыться...  Дела, заботы, все как обычно. Вот так каждый, по сути, неповторимый день превращается в повседневность. Спешим, ничего не замечая. Нас поглощает этот страшный монстр по имени «суета сует». Год за годом, шаг за шагом.  Каждый вдох и выдох даром…

  Не знаю, зачем я выбрала эту ужасную дорогу мимо центрального рынка и решила идти именно этим путем. Разве мало дорог в городе?  Как меня сюда занесло? Но мы не всегда способны управлять своими мыслями и наши шаги замеряет кто-то другой, - тот, кто видит на шаг вперед.

  Я чуть было не прошла мимо! Но, вдруг, остановилась и решила вернуться к тому месту, где сидела удивительная бабушка.  До этого судьбоносного момента я торопилась и мечтала о том, что скоро буду дома, завалюсь на любимый диванчик,  заварю чашечку ароматного чая и наступит момент блаженства - долгожданный отдых! Просто-напросто живи и наслаждайся теплой и пушистой домашней обстановкой.

  Я не собиралась оглядываться, тем более возвращаться. Зачем? Мало ли таких бабушек, которые день ото дня сидят и торгуют пакетами на базаре? Их судьбы предрешены. С замиранием и болью в сердце невольно хочется сказать: «Они одиноки… Их кто-то бросил…». Кто-то выкинул их на улицу пожирать эти серые будни, серые лица, серое безразличие. Неизвестно, где сейчас их родственники, были ли у них дети, внуки... Где их родные? Нужны ли они своим близким? Нужны ли они нам с вами?

  Мало кто задумывается над этим.  День за днем мы спешим, бежим, летим в никуда. А они словно деревья, мимо которых проносится наша жизнь. Мы все время движемся вперед, без остановки мчимся вдаль, а они остаются где-то там, позади нас. Не исчезают, не испаряются. Просто отстают от нас на километры жизни…

  Удивительная бабушка. Наверное, была красивым ребенком, милой девушкой, доброй матерью, а стала - одинокой нищенкой с пакетами в руках. Она спала. Невероятно, но бабушка умудрилась уснуть сидя, при этом она продолжала торговать пакетами.  Несчастная держала стопку черных пакетов в правой руке. Левая рука, грустно одетая в дырявую рукавицу, беспомощно свисала, успев зацепиться  мизинцем за краешек кармана, кажется, ее самого любимого пальто, грязно-вишневого цвета. Самое любимое пальто, потому что, скорее всего, оно единственное и других уже нет, и не будет.

  Наверняка она устала. Сколько часов ей пришлось просидеть до момента, когда она уснула? Может быть, она сидит здесь с раннего утра или с поздней ночи, чтобы никто не отнял у нее торговое место? Она словно прилипла к этому месту – трагическая статуя из пепла. Едва лишь подует весенний ветерок, как  пепел развеется  над огромным рынком, над городом, над целой страной, которая кремировала эту обожженную одиночеством  душу.

  Мне стало невыносимо грустно, и я отошла на пару метров в сторону от этого удивительного спящего комочка. Сердце сжалось от боли, и горечь растекалась во рту, в то время как на глазах наворачивались слезы от осознания простой, но ужасающей истины – я ничем не могу ей помочь…

   Два мистических голоса, вернее разбитая пополам совесть, шептали мне абсолютно противоположные вещи. Сначала злой дух, кряхтя и брыжя слюною, прошипел: «Пройди мимо и сделать вид, что ее там нет, что ты ничего не заметила и тебе все равно. В конце концов, это не твое дело и ты ничего не сможешь изменить». Но, в то же время, светлая сторона души мягким и ровным голосом умоляла: «Нет, ты не можешь так легко уйти! Просто дай ей знать, что ты ее видела, что на белом свете еще остались люди способные сострадать несчастным и дарить им капельку надежды. Не буди ее, просто тихо шепни ей, что она еще жива…».

   На дне кошелька я нашла пару монет и одну мелкую купюру, которую я специально отложила, чтобы оплатить общественный транспорт. Как же мне было обидно, что я не взяла с собой в этот день чуть больше денег! Я все же достала эту мелкую бумажку и решила аккуратно передать ее спящей бабушке, чтобы не нарушить ее покой, ее грустный, тихий, безысходный сон. Подойдя к ней вплотную, я застыла, всматриваясь в это обреченно умиротворенное лицо: траншеи морщин, исковерканная душа, уныло впалые веки и поредевшие заплаканные ресницы, давно исчезнувшие брови, небрежно нарисованные черным карандашом; губы, сжатые в комичной улыбке и бледно-серый оттенок опечаленных щек. И все же, как она прекрасна!

  - Возьми бабушка мелкую бумажечку…

  Я тихонько положила ничтожную купюру в ее сонную руку, которая, несмотря ни на что, словно отдельный организм, преданно продавала пакеты. Но вдруг случилось непредвиденное! Словно гром среди ясного неба, когда этого меньше всего ожидаешь, с тобой приключается что-то непредсказуемое, - бабушка проснулась и посмотрела мне прямо в глаза.

   Я обомлела и замерла как истукан, не зная, что ей сказать и как объяснить свой поступок. Мне словно зашили рот; буквы, слова, предложения – все выпало из головы, в горле образовался оловянный ком и раскаленные до предела нервы обжигали мозг и сознание. Как хорошо, что начался прохладный мартовский дождь, и я немного остыла, стала приходить в себя и соображать, что мне делать дальше.

– Это Вам, бабушка – все, что я смогла вымолвить в этот момент…

Она смиренно посмотрела мне в глаза и тут же достала черный пакет и протянула его мне:

– Деточка, держи пакетик.

  Она даже не могла себе представить, что эту мелочь я даю ей просто так, что я ничего покупать не собираюсь, что пакет мне совершенно не нужен. Мне лишь хотелось, чтобы она проснулась, нашла злосчастную бумажку у себя в руке и украдкой улыбнулась

 – Нет, бабушка, не нужен пакетик, это Вам, просто так… На здоровье! – произнесла я в порыве волнения.

– Возьми, возьми! – повторяла она, удивленно смотря мне в глаза.

– Ничего не нужно, спасибо. Будьте здоровы! – сказала я на прощание.

Она ласково на меня посмотрела и улыбнулась:

– Спасибо, деточка.

   Ура! Она улыбнулась, и этого было достаточно. Ее незабываемая улыбка, словно невинный подснежник, пытающийся прорваться из-под густого снежного покрова. Как же долго этот драгоценный цветок пробивался к свету, но зато теперь я могу про себя тихо радоваться его неповторимой красотой.   

   Вот и все. Я ушла, ну а бабушка тихонько закрыла глаза и уснула на прежнем месте. Ей некуда было бежать от самой себя, в то время как я мчалась в неизведанную даль, подальше от удушающих слез и угрызений совести, от которых некуда укрыться…

 

Никому не нужна,

И совсем неприметна,

Ты украдкой спала

Прижимая пакеты.

Стук чужих каблуков,

Запах мрачного рынка.

Все понятно без слов -

Ты уснула, привыкла…

 

19.07.2013

 

© Crowelle.com/Татьяна Арт